Свой «бум» вебкам индустрия ощутила в период пандемии COVID-19. Многие тогда лишились работы и средств
на существование — дистанционная продажа тела для кого-то стала вынужденной мерой. Прошло пять лет,
а вебкам сфера продолжает стремительно набирать обороты, и вот уже каждый второй знакомый рассказывает как сталкивался
с ней, косвенно или напрямую.
В нашем проекте вы узнаете,
что в себе таит «быстрый заработок», с чем сталкиваются веб-модели, как система выглядит внутри, и главное, почему каждый зритель — соучастник.
на существование — дистанционная продажа тела для кого-то стала вынужденной мерой. Прошло пять лет,
а вебкам сфера продолжает стремительно набирать обороты, и вот уже каждый второй знакомый рассказывает как сталкивался
с ней, косвенно или напрямую.
В нашем проекте вы узнаете,
что в себе таит «быстрый заработок», с чем сталкиваются веб-модели, как система выглядит внутри, и главное, почему каждый зритель — соучастник.
Монитора
По ту сторону
21
— средний возраст вовлечения
в веб-моделинг
в веб-моделинг
год
зрителей
2
занимает Россия в мире
по числу зарегистрированных аккаунтов вебкам-моделей
по числу зарегистрированных аккаунтов вебкам-моделей
место
94%
переживших сексуализированную эксплуатацию — женщины и девочки
По данным: United Nations Office on Drugs and Crime (подразделение ООН)
50%
отметили, что их доходов хватает только на покрытие базовых нужд — еды и жилья, они не могут приобрести более дорогие товары.
респонденток
«Полина. Кризисный центр для женщин». Отчет по социологическому исследованию Веб-кам индустии в России. 2025 год (https://crisiscenter.ru/wp-content/uploads/2025/06/Вебкам_A4_2025.pdf)
80%
вебкам-сайтов — мужчины
По информации с форума Cam-modeling на июль 2024 года
СПб РОО «ИНГО. Кризисный центр для женщин». Опрос о вебкам-моделинге «О моей подруге-2», 2019 г.
44,9%
веб-моделей пришли в индустрию через рекламу в Интернете
СПб РОО «ИНГО. Кризисный центр для женщин». Опрос о вебкам-моделинге «О моей подруге-2», 2019 г.
432
ежемесячных посещений привлекает лидер рынка веб-индустрии
млн
По исследованию платформы SEMRush за 2024 год
47,4%
— нейтральный,
— положительный
— положительный
оценили свой опыт в вебкам как негативный,
34,1%
34,1%
СПб РОО «ИНГО. Кризисный центр для женщин». Опрос о вебкам-моделинге «О моей подруге-2», 2019 г.
Интернет не просто изменил нашу коммуникацию, он создал новые формы труда, стирающие границы между частной жизнью и производством. Одним из самых ярких и противоречивых феноменов последних лет стал вебкам — индустрия, которая, по словам социолога Вячеслава Комбарова, является прямой наследницей и одновременно революционным продолжением порнографии. Это не просто «работа в интернете», а наглядный пример того, как современный капитализм коммодифицирует (превращает в товар) самое сокровенное — человеческую близость и сексуальность.
Для начала, давайте разберемся с понятиями:
это сокращение от «web camera», что в переводе означает «веб-камера» — это небольшое устройство, обычно встроенное в ноутбук, монитор компьютера или продающееся отдельно, которое используется для передачи видеоизображения в реальном времени через интернет. Её используют для видеозвонков, онлайн-трансляций и т.п. Вебкам — это индустрия, где люди (вебкам модели) выступают перед камерами, транслируя свои действия в режиме реального времени для платящей аудитории. Обычно это контент эротического или сексуального характера. Платформы, где вебкам модели проводят свои трансляции, а клиенты платят за просмотр и, часто, за возможность взаимодействовать с моделью, называются вебкам сайты. А виртуальная валюта, используемая на них для оплаты времени просмотра и взаимодействия с моделями — это токены.
это контент, предназначенный для аудитории взрослого возраста, и обычно содержит материалы, которые могут быть неприемлемы или оскорбительны для несовершеннолетних. К такому контенту относятся откровенные изображения или видео сексуального характера; материалы, эксплуатирующие, оскорбляющие или подвергающие опасности детей; контент, содержащий сцены насилия, изображения обнаженных людей, нецензурная брань и оскорбительные выражения.
Эдалт контент (Adult content)
Вебкам (webcam)
На западе веб- и порноиндустрия прошла путь от социальной стигмы к легализованной профессии. Например, сейчас права и обязанности порноактеров регулируются трудовыми законодательствами. То есть, в случае чего, они могут защищать свою [трудность] в суде. Это важный прецедент: общество научилось воспринимать порнографию как «место производства контента», который удовлетворяет определенный спрос и, следовательно, творит «общественную пользу» в логике рынка.
Однако за этой видимой нормализацией скрывается классический механизм капиталистического производства — отчуждение труда.
«Порноактёры как бы своими телами, своей деятельностью создают некоторые видеопродукты, которые больше не принадлежат им. Ими распоряжаются порно-студии, а актеры это просто наемные работники, которые за смену получают заработную плату. Их тело и интимность становятся товаром, который присваивает и перепродает владелец цифровых «средств производства» — платформы» — рассказал социолог Вячеслав Комбаров.
Вебкам стал логичным эволюционным витком. Если традиционное порно — это записанный на пленку продукт, то вебкам — это «порнография в режиме реального времени». Его ключевое отличие, которое так манит зрителя, симуляция личной связи.
«Благодаря интернету создается иллюзия непосредственного присутствия в одном пространстве с человеком по ту сторону экрана», — поясняет социолог.
Зритель получает не просто видеоряд, а виртуальное чувство контроля и участия. Эта «иллюзия прямого контакта» — и есть главный товар, за который платит аудитория. Потребляется не просто сексуальный акт, а интимное, персонифицированное внимание.
Я помощник, зритель, участник
Кто эти люди, которые отправляют деньги и осыпают комплиментами девушек перед камерами? Стереотипы рисуют нам одиноких неудачников или богатых извращенцев. Только реальность часто оказывается куда прозаичнее и сложнее. Наш герой — не миллионер и не отшельник. У него есть работа, друзья и, возможно, даже личная жизнь. Но каждый вечер он возвращается в мир, где за внимание нужно платить. Мы передаем слово Михаилу (имя изменено), активному пользователю вебкам платформ, он согласился рассказать нам об отношениях с моделями и о том, почему экран монитора иногда кажется теплее реальности.
— Как произошло твое знакомство с вебкамом?
— О вебкаме я узнал довольно-таки недавно, через рекламу разных платформ. Оказалось, что отдельные актрисы порнофильмов еще и продают свои фотографии на «OnlyFans», либо стримят на других вебкам сайтах. Однажды я зашел в соцсети любимой порноактрисы, Дейли Флауэр, и наткнулся на ее вебкам аккаунт. И меня, так сказать, затянуло.
— Что стимулировало тебя смотреть стримы и донатить моделям?
— Меня зацепило, что модель общалась с аудиторией на равных. Было ощущение, что я сижу рядом с ней, это радовало и даже возбуждало. Мне хотелось каждый день проводить смотреть стримы, тратить время, давать деньги, лишь бы она больше обращала на меня внимание. Я отправлял ей десятки, иногда даже сотни долларов, влезал в долги, но оторваться уже не мог. Иногда я хотел большего, чем просто общение. Я почувствовал власть и хотел, чтобы она делала все то, что я скажу, за мои деньги, естественно. Модель не всегда соглашалась, но мне удавалось с помощью донатов ее раззадорить. Я хотел, чтобы она делала больше, чем ей вообще следует делать.
— Как ты относишься к веб-моделям? Как ты думаешь, что их мотивирует работать в веб-индустрии?
— Я уважаю моделей. Чтобы переступить через себя, раздеться перед камерой — нужна сила воли, это способен сделать не каждый. Раз уж они на это пошли, значит, им действительно нравится то, что они делают. Я не считаю это эксплуатацией. Совершеннолетние девушки 18-19 лет не могут оказаться там «случайно» — они приходят туда по собственному осознанному выбору…Я не считаю вебкам проституцией или эскортом, проституция — это все-таки более грязный метод заработка и общения, а вебкам более духовный, романтичный.
За сухими цифрами статистики и словами об эксплуатации всегда стоят конкретные судьбы. Легко говорить о вебкаме абстрактно, через призму стороннего наблюдателя. Сложнее услышать тех, кто прошел через это лично. Истории этих девушек — не просто частные случаи, это голоса
из системы, которая превращает жизнь в товар. Вот что рассказывают девушки, столкнувшиеся
с вебкамом:
из системы, которая превращает жизнь в товар. Вот что рассказывают девушки, столкнувшиеся
с вебкамом:
«Их никто
не заставляет оставаться»
не заставляет оставаться»
«Они знают, куда идут»
— У тебя есть представление как выстроена работа в вебкаме?
— Да, я многое знаю. В общем, есть, естественно, основатель, администратор определенного сайта платформы, он нанимает туда работников, HR-ов, которые привлекают веб-моделей, ищут их в интернете. Часто это проститутки, которым предлагают подработать за хорошие деньги, в основном, они соглашаются. Часто это не состоявшиеся девушки, которые не нашли себя в жизни. Женщинам, которые решили связать себя именно с этой индустрией, нравится показывать свое тело, радовать мужчин
— Что ты думаешь о студиях, где девочек заставляют проговаривать личные травмы, чтобы набрать донаты?
— Я считаю, что это ужасно. Потому что чаще всего эти девушки говорят неправду, просто чтобы им больше донатили, а я за искренность, люблю честность и открытость. Но при этом я считаю, что строгий контроль в этой индустрии оправдан. Раз это добровольный выбор, то наличие руководства, которое организует, контролирует и защищает, — это положительная сторона системы
Вебкам-студия со стороны может выглядеть как обычный офис. Только за внешней оболочкой «легких денег» и «свободного графика» скрывается отлаженный механизм, работающий по строгим и безжалостным законам. Эта система знает, как размыть личные границы, как создать искусственные долги и как убедить в собственной несостоятельности. Чтобы понять, почему из вебкам-индустрии так сложно вырваться, нужно заглянуть внутрь — увидеть, как устроены студии, как строится работа и по каким принципам выстраиваются отношения с моделями.
— Ты не находишь, что у этой «работы» слишком высокая цена — размытие личных границ, психологическое насилие?
— Это обычная работа, как актриса, например или блоггер. Я считаю, что каждый человек может делать то, что захочет, если это легально. Вебкам – это легально, даже проституцию в некоторых странах легализуют, а значит – это все не так уж и плохо. Эти девочки своим трудом зарабатывают хорошие деньги, я их в этом поддерживаю.
— Ты считаешь, что правильно поддерживать индустрию, в которой многие остаются, потому что
не видят выхода?
не видят выхода?
— Выход всегда есть, и даже если многие, втянутые в это дело, не могут его найти, то, скорее всего, они не пытаются. Всегда можно начать посещать психолога, общаться с друзьями, просто с живыми людьми. Есть семья, которая всегда тебе скажет, которая всегда поможет. Поэтому чаще всего девушки, могут, но не хотят выходить из вебкама и терять такой заработок.
Цифровое рабство, секс-траффикинг в прямом эфире — это жестокая реальность темной стороны интернета. Только жертв удерживают не решетки на окнах,
а шантаж, психологическое насилие и угрозы. Их крик о помощи теряется
в цифровом шуме глобальной сети. Но эту тишину научились разрывать.
Девушки, пострадавшие от веб-кама и любых других форм секс-траффикинга
не должны оставаться одни. Помочь им готовы активистки из разных организаций,
и они поделились с нами своим опытом:
а шантаж, психологическое насилие и угрозы. Их крик о помощи теряется
в цифровом шуме глобальной сети. Но эту тишину научились разрывать.
Девушки, пострадавшие от веб-кама и любых других форм секс-траффикинга
не должны оставаться одни. Помочь им готовы активистки из разных организаций,
и они поделились с нами своим опытом:
— Я помощник, зритель, участник. Я кайфую, наслаждаюсь. Мне важна моя модель, что она мне говорит, как со мной общается, я чувствую с ней особую связь, я помогаю ей, плачу деньги. На остальных мне всё равно: кто они, у кого какая история, могут они оттуда уйти или нет. Мне нравится быть в моменте, нравится общаться с моей девушкой, на остальных мне вообще дела нет.
— Кем ты видишь себя в этой истории? Помощник, зритель, участник, или просто человек, который закрывает глаза?
«Я же обычный зритель, который не участвует в создании контента. Какие
ко мне претензии?»
ко мне претензии?»
Роль зрителя в этой системе далеко не пассивна. Его действия — донаты, подписки, лайки, комментарии — не просто оплата, поддержка или «помощь»,
а прямое участие в производственном цикле. Спрос рождает предложение,
и в данном случае спрос зрителей формирует сам контент и условия его создания.
а прямое участие в производственном цикле. Спрос рождает предложение,
и в данном случае спрос зрителей формирует сам контент и условия его создания.
Например, в том же вебкаме, «тренды» в первую очередь задаёт «клиент». Например, ты заходишь на главную страницу и первое, что видишь — девушка делает определённые «странные» вещи: фетиши, опасные БДСМ-практики или другие изнуряющие действия сексуального характера. Если это становится популярным — другие студии «подхватывают тренд». Такие стримы могут длиться от 4 до 24 часов, и чтобы модели работали столько, сколько нужно, владельцы могут использовать наркотики.
никогда
не можешь быть уверен во многих вещах: совершеннолетняя ли девушка, находится ли она под веществами, добровольно ли она этим занимается, поступают ли ей деньги за работу и т.д. Оплачивая,
поддерживаешь
и педофилию, и возможные пытки (психологическое угнетение, к которому правильно будет отнести и просьбы «клиентов»),
и просто расчеловечивание женщины.
и просто расчеловечивание женщины.
Всё просто. Потребители, в таком случае, выступают в качестве «покупателя», только они покупают не просто услугу, а женщину, пусть и не физически, а только на экране.
— Да, только каждый потребитель или потребительница так или иначе создаёт трафик, который влечёт заработок, влияет на тренды и поддерживает индустрию торговли людьми (см. Палермский протокол).
Когда сцены доминирования или девиаций массово потребляются, они постепенно теряют статус табу и начинают восприниматься как нечто допустимое. При постоянном просмотре сцен насилия формируется реакция только на секс с его элементами, желание потреблять больше такого контента (и ещё более жестокого и изощрённого
в том числе), или хуже — нормализация изнасилования. Зритель же, финансируя такой контент, голосует рублем за его дальнейшее производство и распространение.
в том числе), или хуже — нормализация изнасилования. Зритель же, финансируя такой контент, голосует рублем за его дальнейшее производство и распространение.
Почему я выбираю слово “женоненавистническая”,
а не “человеконенавистническая”, хотя оно тоже уместно?
Потому что по United Nations Office on Drugs and Crime (подразделение ООН) 79-82% пострадавших от торговли людьми — женщины и дети. Большинство из них были в ситуациях торговли людьми с целью сексуализированной эксплуатации. 94% переживших сексуализированную эксплуатацию — женщины
и девочки»
а не “человеконенавистническая”, хотя оно тоже уместно?
Потому что по United Nations Office on Drugs and Crime (подразделение ООН) 79-82% пострадавших от торговли людьми — женщины и дети. Большинство из них были в ситуациях торговли людьми с целью сексуализированной эксплуатации. 94% переживших сексуализированную эксплуатацию — женщины
и девочки»
Любой образ, который присутствует в визуальных медиа, обладает наибольшей способностью мотивировать человека на подобные примеры поведения
— фем-активистка Айсын.
— социолог Вячеслав Комбаров.
Ты, зритель,
ТЫ
«Я видел видео вебкам моделей, большинству нравится их работа»
«А если я никому не доначу, не покупаю подписки, просто смотрю?»
За блестящим фасадом «успешных историй» теряются тысячи трагедий: психологические травмы, физическое насилие, инвалидность
и исчезновения. Пропаганда же создает «ошибку выжившего», замалчивая риски и предлагая молодежи, разочарованной в традиционных,
но долгих карьерных путях, опасную иллюзию.
и исчезновения. Пропаганда же создает «ошибку выжившего», замалчивая риски и предлагая молодежи, разочарованной в традиционных,
но долгих карьерных путях, опасную иллюзию.
«Это типичная пропаганда, — комментирует Вячеслав Комбаров. — Подчеркивание положительных характеристик для того, чтобы оказывать на аудиторию максимально сильное положительное воздействие».
Как в лихие 90-е проституция стала для многих быстрым путем к новым стандартам потребления, так и сегодня соцсети, вроде TikTok, наполнены пропагандой «легких денег»
в эскорте и вебкаме.
в эскорте и вебкаме.
Думаешь, что «это проверенный сайт, он следит за контентом»? Напоминаем, не так давно прогремел скандал, когда самый популярный порносайт удалил более 10 млн роликов
из-за содержания сцен насилия, участия жертв секс-траффикинга
и несовершеннолетних девочек.
из-за содержания сцен насилия, участия жертв секс-траффикинга
и несовершеннолетних девочек.
— Ничего не меняет. Каждый твой просмотр — очередная монетка
в карман сутенёру. На эти деньги он, может быть, откроет ещё одну студию, насильно приведёт туда несовершеннолетних девочек, проспонсирует насилие над ними. А может быть, и нет. Но ты точно знаешь, кому платишь своим «обычным просмотром»?
в карман сутенёру. На эти деньги он, может быть, откроет ещё одну студию, насильно приведёт туда несовершеннолетних девочек, проспонсирует насилие над ними. А может быть, и нет. Но ты точно знаешь, кому платишь своим «обычным просмотром»?
Финальный вопрос, ответ на который мы оставим
за кадром. Готовы ли ты, осознав механизм своего влияния, продолжать быть не просто «зрителем»
или «помощником», а соучастником, чья личная сиюминутная выгода и удовольствие поддерживают индустрию, построенную на чужой уязвимости?
за кадром. Готовы ли ты, осознав механизм своего влияния, продолжать быть не просто «зрителем»
или «помощником», а соучастником, чья личная сиюминутная выгода и удовольствие поддерживают индустрию, построенную на чужой уязвимости?
Дарья Данько
Кристина Комарова
Полина Красных
Елизавета Пушилина
Варвара Копытова
За окном суровые сибирские морозы, недавно прогремел новый 2023 год. Мне шестнадцать лет, я учусь в одиннадцатом классе и усердно готовлюсь к ЕГЭ. «Не сдам экзамены — пойду в вебкам» — который раз с усмешкой говорю я своим друзьям. Кажется, что это — всего лишь безобидные шутки несмышлёного подростка.
Заканчивается 2025 год, я учусь в университете и, если по привычке начинаю шутить про любые формы секс-траффикинга, осекаю себя. Мне просто больше не смешно. Я поневоле стала свидетелем того, как вебкам из чего-то «неизвестного, далёкого и страшного» превратился в нечто «обыденное» и даже «приемлемое». С каждым днём веб-индустрия стремительно расширяется, всё больше людей оказываются вовлечены в её узы, донаты и просмотры растут.
Своим проектом мы хотели рассказать, что такое веб-индустрия, какие последствия она несет, как ей можно противостоять, и почему любой зритель становится соучастником. Спасибо, что уделили время нашему лонгриду, надеемся, наши слова не оставили вас равнодушными!
Главная редакторша
Авторша
Авторша
Дизайнерша
Дизайнерша
Когда я работаю над этим материалом, я смотрю на него не только как автор проекта. Я смотрю на него как девушка. И мне становится страшно.
В рассказе маркетолога меня больше всего зацепило слово «лиды». Так на профессиональном сленге называют потенциальных клиентов. Но в данном случае «лиды» — это живые люди. Это девушки, возможно, мои ровесницы. Студентки, которые ищут подработку, молодые матери в декрете или просто те, кто оказался в трудной ситуации и увидел красивую рекламу про «безопасность» и «высокий доход». Для меня — это чьи-то сломанные границы и, возможно, сломанные жизни. Потому что «серая зона», о которой говорили на собеседовании, затягивает незаметно. Сначала ты просто сидишь перед камерой, а потом грань допустимого стирается под давлением менеджеров, которым нужно выполнять KPI.
По ту сторону экрана нет «просто картинки». Там реальная эксплуатация, упакованная в глянцевую обертку «консалтинга». И пока мы делаем вид, что это нас не касается, где-то в Новосибирске очередной специалист настраивает таргетинг, чтобы купить чье-то тело по цене клика.
Когда Даша предложила тему, я сразу захотела работать вместе. Для меня этот лонгрид не теория, а практика. В этом году я стала жертвой обмана, меня пытались втянуть в вебкам индустрию. И до сих пор, каждый раз, когда я ищу работу, мне звонят девушки с одним и тем же выученным текстом, после которого я сбрасываю звонок. Я вызубрила схемы манипуляций, научилась задавать вопросы, на которые сложно дать убедительный ответ. Считаю, что это должен знать каждый, чтоб не попасть в сомнительную историю.
Важно понимать, что большинство девушек не по своей воле приходят в вебкам. Поэтому, в первую очередь, нужно осуждать и поднимать вопрос добросовестности работодателей и потребителей.
Наш лонгрид - крик объективного восприятия в пелену розового забвения. Эта история не будет хорошей, потому что она реальна.
Почему нам это важно?
